Поиск:
13:25, 12 декабря 2017, вторник
Версия для слабовидящих

Война в воспоминаниях екатеринбургских ветеранов

Александр Лактюшин — старшина и фронтовой связист

Александр Лактюшин«Нас послали в разведку, дали нам задание — подорвать мост... Мост мы подорвали. Стали возвращаться, но пока ходили на задание, фашисты заняли наш партизанский лагерь. И мы через реку Угра, в сентябре, с оружием, вплавь перебирались. Переплыли, в лесу спрятались, сидим, холодно, конечно, а мы босиком. Что делать? А потом смотрим, тетенька, что утром нас хлебом угощала, ходит. Говорит, ребятки идите сюда! Просто мы в свой партизанский отряд пришли...». Подробнее

Валентина Фишман — старший лейтенант медицинской службы

Валентина Фишман«Горячие бои, войска двигаются к Берлину. Мы сортируем раненых. Кого эвакуировать в первую очередь, а кто-то может и подождать. Кормим, поим, оказываем медпомощь, кто-то делает перевязки... В мае 1945-го мне довелось побывать в Берлине. У Рейхстага, на самой высокой уцелевшей стене, я расписалась: „ФИШМАН“. Я была горда. Фашисты это заслужили за свои злодеяния, за горе, которое они принесли нашей стране, всему миру, за убитых и замученных людей...». Подробнее

Дмитрий Суворов — разведчик-мотоциклист

Дмитрий Суворов«До сих пор, как вчера помню запах пороха и гари. Артподготовка в реальности совсем не такая, как в фильмах показывают. По всему горизонту сотни орудий стреляют, все гремит, все в дыму, разговаривать нельзя — не услышат, и почти два часа так. Как утка, летит снаряд, потом пропадает и распадается на сотни брызг. Ощущение, что по ту сторону ни одного живого места не осталось... А потом наступление: рытвины, воронки... А мы, разведчики, впереди...». Подробнее

Федор Алешин — командир стрелкового взвода

Федор Алешин«Началась операция „Багратион“, и я попал на Первый Белорусский фронт, в 413-ю дивизию. Был командиром стрелкового взвода. С боями обошел всю Белоруссию, потом Польшу. В городе Седлец меня ранило — лежал в госпитале. Когда оклемался, переехал в Восточную Пруссию — там воевал, освобождал Кенигсберг. После нас перебросили в Юго-Восточный Берлин — медаль за Берлин взял, наградили. Оттуда — в Чехословакию...». Подробнее

Лев Яшумов — военный летчик

Лев Яшумов«Во время учебы жили в землянках, хотели на фронт, писали заявления даже. За это даже на гауптвахту загремели. Сказали, ждите, ради чего мы вас учили, чего мы сюда приехали? А на фронте вы будете!... Где-то в начале апреля 1944-го нас направили на запад. И мы поступили в распоряжение Второго Белорусского фронта. Самолетов пока у нас не было, нас туда двигали в сторону Кенигсберга. Приехали мы в Дно, получили там вооружение, автоматы с собой — и на запад, в сторону Минска...». Подробнее

Борис Кузькин — минометчик

Борис Кузькин«Мы знали, где прошли бои, поэтому ходили по тем местам, собирали оружие и передавали его в отряды. Выводили бежавших пленных и окруженцев... Нашей основной задачей было не давать спокойного житья оккупантам и защищать от них мирное население. Проведение диверсий на железной дороге сковывал тот факт, что после диверсий фашисты сжигали дотла ближайшее к месту село. Приезжали каратели, брали мужиков в заложники, забирали весь скот и обстреливали село из минометов...». Подробнее

Сергей Отрощенков — танкист

Сергей ОтрощенкоВоевал под Сталинградом, на Курской дуге, дошел до Германии. «Победу я встретил в суворовских местах. Мы взяли Вену, от нее пошли на Линц, Сан-Петель взяли, Шемберг, и под Шмбергом последний танк у меня сгорел! Построили там немцев и говорим: „Война кончилась!“. Но не я, а политотдел. Немцы довольные — солдат есть солдат, доволен, что войны нет...». Подробнее

Людмила Дерягина — связистка

Людмила Дерягина«Снаряды падали тут и там, наши ребята массово гибли за считанные секунды... Было ужасно страшно, хотелось где-то укрыться... казалось, будто все снаряды летят прямо в меня. В этот момент рядом оказалась старшина, которая приказала взять себя в руки и продолжить работу. Эта девочка, так решительно и строго отдающая приказы, казалась мне даже страшнее бомб...». Подробнее

Леонид Козлов — радиотелеграфист

Леонид Козлов«Мне дали секретный пакет и послали на другой конец города. На обычном велосипеде я тогда проехал весь Потсдам от края и до края. Еду и думаю, как бы не подстрелили. Добрался, доложил в штаб полка, отдал пакет. Полагаю, что меня посылали если не в разведку, то подсадной уткой, потому что пакет был с какими-то „липовыми“ данными. Когда я в штаб полка пришел, на меня посмотрели, будто с того света вернулся...». Подробнее

Яков Ивин — зенитчик-пулеметчик

Яков Ивин«13 января 1945 года был страшнейший бой. Оборона противника была очень глубокой, народу погибло много, но нам повезло. Мы были зенитчиками-пулеметчиками, а погода была нелетная, самолетов, главной нашей угрозы, не было. Мы промерзли насквозь, но были живы... Смешно было, как мы боролись с самолетами. Пикирует на нас самолет. Мы в него стреляем, он равняется и машет рукой в кабине, а мы ему тоже машем...». Подробнее

Курбан Хайдаров — телеграфист

Курбан Хайдаров«В феврале мы перешли в наступление в Восточной Померании. Это было тяжелое и не очень удачное сражение. За 10 суток мы почти не продвинулись, и были вынуждены остановиться. Ужасный был день 17 февраля. Нашу дивизию сунули в такое место — немцы нас без бинокля, без прицела взяли. Мы половину там оставили — на глазах погибли 17 ребят во главе с командиром. Бывают ошибки. Мой хороший товарищ, начальник радиостанции, получил тяжелые ранения, дотянул до медсанбата, и там скончался...». Подробнее

Николай Жуков — командир самоходной артиллерийской установки

Николай Жуков«25 апреля 1945 года был мой главный бой, мой второй день рождения. Во время наступления под Прагой мы подбили немецкий танк Т-3, но и в мою самоходку СУ-76 немцы тоже попали... Когда пришел в себя, услышал стон механика-водителя. Два других моих товарища были убиты сразу. Мелькнула мысль: взорвется боекомплект, надо спасать товарища. Превозмогая боль, выбрался сам и вытащил своего раненого мехвода из горящей машины...». Подробнее

Дмитрий Ершов — снайпер

Дмитрий Ершов«Я попал в 95-ю стрелковую дивизию. И эта стрелковая дивизия была брошена под Сталинград. 1 октября 1942 года, день в день через два года после призыва, меня ранило. Я попал в госпиталь 2113, станция Гмеленка, 27 ноября вылечился, попал в Сталинград. При отражении атаки немцев бросил гранату — и опять ранило, опять в госпиталь.
А там попал уже на южный фронт и так далее. И на фронте я пробыл до конца войны...». Подробнее

Владимир Уткин — командир стрелкового взвода

Владимир Уткин«Снаряд разорвался метрах в пяти слева. Обе руки и левая нога пострадали. Сначала впопыхах дернулся, вскочил, а потом упал в обморок, повалился, потерял сознание. Начало темнеть. Вышел на меня старшина роты, окликнул. Я глаза открыл, вижу — старшина. Попросил помочь его. Он поставил на ноги, я сделал три шага и снова повалился. Он накинул меня на плечи, как мешок, и потащил до медсанбата...». Подробнее

Сергей Лобанов — минометчик

Сергей Лобанов«В Берлине мы на кладбище в самом центре города. Место выбрали не случайно, чтобы выставить оборону, чтобы не было нападений. Немцы сдавались, выходили из метро пешком с поднятыми руками. Один молодой немец поприветствовал меня, видел, что я совсем молодой — мне только вчера 21 год исполнился. Я ему говорю: „Давай иди!“, а он веселый, что жив остался...». Подробнее

Иван Баранников — военный летчик

Иван Баранников«Два самолета-истребителя идут рядом с нами чуть повыше и на скорости, а сзади еще один. Он-то по нам и дал очередь. Командир наш спас всем жизнь. Мгновенно решение принял... Бочки поднялись вверх к потолку, машину отбросило. Мы с жизнью прощаться начали. Но на 500 метрах от земли командир наш Ли-2 выровнял, и мы сходу в „Трех дубах“ сели...». Подробнее

Николай Паньшин — минометчик

Николай Паньшин«Наша „Катюша“ давала залпы по наступающим с одного места, не заботясь о демаскировке — прятаться было некуда... Бой продолжался 7 суток. Мне казалось, что все вокруг было разрушено. На поле боя лежали десятки подбитых и сгоревших танков: как наших, так и немецких. Большой урон понес и мой расчет. В живых остался я, но был тяжело контужен: ранен мелкими осколками в голову и шею. А вот „арта“ наша М13-я была невредима...». Подробнее

Григорий Мокренко — рядовой стрелкового взвода

Николай Мокренко«Началась мобилизация. Проводы на фронт сопровождались плачем женщин и детей. Мужчины храбрились... В считаные недели опустели цеха паровозоремонтного завода — он отдал на фронт почти половину своего мужского коллектива и пополнялся за счет женщин и подростков. Вместе с ускоренным ремонтом паровозов в спеццехе начался выпуск боеприпасов...». Подробнее

Семен Усков — рядовой стрелкового взвода

Семен Усков«Принцип „бежал — упал“ в бою не работает. Надо пробежать, упасть и немного переползти. Во-первых, не чувствуешь завершенности действия, а во-вторых, если тебя заметили во время перебежки, не добьют лежачего. Мне эта наука потом в Белоруссии очень помогла...». Подробнее

Григорий Гашев — автоматчик

Григорий Гашев«Только освоили курс молодого бойца, и по приказу Сталина нас отправили в действующую армию. Посадили в эшелоны и отправили. А за Москвой наш эшелон разбомбили... Первый бой мы приняли под Шабитовкой, а потом освободили город Новоград-Волынский...». Подробнее

Аркадий Гуревич — командир пулеметного расчета

Аркадий Гуревич«Капитан мне: „Если через минуту связи не будет, расстреляю как собак!“ Человеком он был отчаянным и решительным. Говорили, что немцы убили его семью. Я действительно испугался: „Фанера, Фанера, я — Черпак, прием!“. Но связи все равно, не было. Капитан нас прогнал. Мы бежали со своей радиостанцией обратно по бывшей нейтральной полосе, обстреливаемой противником, но я этого не замечал: мною владело чувство досады, огорчения, стыда...». Подробнее

Владимир Степенков — артиллерист противотанковой пушки

Владимир Степенков«Я взял солдата, и мы пошли вперед, в разведку. Мы знали, что территория освобождена, немцев нет. И вдруг слышим немецкий хохот. Приблизились, видим — около 10 человек, полевая кухня, повар раздает суп, все вооружены. Мы лошадку отвели подальше, чтобы не подняла шум, а сами пушки подтащили поближе к немцам и выстрелили осколочным снарядом. Они перепугались — тоже не ожидали, думали, что наши войска уже ушли...». Подробнее

 

© 2002 - 2017 Администрация г.Екатеринбурга
© 2002 - 2017 Официальный портал г.Екатеринбурга

Главные новости города